Загрузить еще

Жители обстрелянного района Донецка: У нас большинство недовольны Россией, может, потому и стреляли

Жители обстрелянного района Донецка: У нас большинство недовольны Россией, может, потому и стреляли
Фото: REUTERS

С воскресенья, 21 января, донецкий микрорайон Текстильщик на слуху у всей Украины и даже мира. Обстрел в центре спального района унес жизни 25 человек, раненых больше двух десятков. Трагедия произошла в первой половине дня, когда в разгаре была торговля на местном рынке.

Увы, Текстильщику не привыкать. Спальный район Донецка – местный аналог киевских Позняков – давно уже не спит спокойно. Война рядом, всего в нескольких километрах, и не два года, а десять.

Жизнь в «красной зоне»

Текстильщику «повезло» расположиться на западной окраине Донецка и стать одним из районов так называемой «красной зоны» города, куда входят и северо-западные, и северные окраины – часть Куйбышевского района, например. Война тут началась задолго до 24 февраля 2022 года.

От Текстильщика в Кировском районе Донецка до Петровского района, тянущегося если не до Марьинки, то до ее предместий, – один мост через железнодорожные пути. Сердце микрорайона – хлопчатобумажный комбинат, давший название жилмассиву, где когда-то селились преимущественно его работники. Постепенно контингент сменился и не единожды, и «Текстиль» стал большим многонациональным, многоликим районом, шумным и деятельным.

Сейчас ХБК – практически мертвое предприятие с большой промзоной. Которой еще в 2014 году не преминули воспользоваться боевики так называемой «ДНР», разместив там и личный состав, и боекомплекты, и различные огневые системы. Все это лупило все эти годы в сторону Марьинки, Курахово, Угледара, иногда разворачиваясь и накрывая сам Текстильщик, а то и центр города. Тогда в Донецке «военкоры» сообщали о том, что «ВСУ обстреливает мирных граждан», и корчили скорбные мины, мол, «нацисты» же…

Дополняют картину Текстильщика сельскохозяйственные поля и лесопосадки. Туда раньше ходили на шашлыки, пели песни под гитару, а сейчас боятся сунуть нос лишний раз. Донецкие посадки – это не для отдыха, а для маскировки понятно чего. Таблички «Осторожно мины!» развешаны здесь очень убедительно, и проверять их наличие никто не рискует.

К слову, через поля Текстильщика в старые добрые времена местный народ бегал на побережье озеро Кирша, возле которого раскинулись дачи игроков ФК «Шахтер», а также появилась академия ФК для детей. Сейчас на дачах живут боевики с регалиями и чинами, так что позагорать на берегах Кирши – миссия, мягко говоря, не самая легкая.

А еще Текстильщик – это старые и новые жилмассивы, духовно объединенные двумя рынками – «Меркурий» и «Сокол». У них богатая история, но сейчас часть их них полупустая, а другая часть неистово торгует всем, что есть.

- Сколько себя помню, с 80-90-х годов за эти рынки постоянно шли какие-то разборки. И стреляли там, и убивали, и народ гоняли. С 2014 года на них положили глаз пришлые из России «казаки», а часть контролируют представители азербайджанской диаспоры. Их разборки превратились в побоище. Конечно, об этом не расскажут в местных СМИ, но обстрелы на рынках Текстильщика, в начале войны – это были те самые разборки между разными анклавами боевиков «ДНР». Стреляли из минометов, из стрелкового, но все выдавалось за обстрелы ВСУ, - рассказывает старожил микрорайона Анатолий Ковалюк.

Взрывы прозвучали на рынке, в самый разгар торговли. Фото: REUTERS

Взрывы прозвучали на рынке, в самый разгар торговли. Фото: REUTERS

Ловили украинскую связь и снимали фото под страхом тюрьмы

Обстрел в воскресенье, 21 января, пришелся в основном на маленький стихийный рынок, который расположился возле бывшего магазина шахты им. Засядько. Были такие в Донецке до войны: богатое угледобывающее предприятие открыло сеть магазинов в формате «мини-супермаркет». С начала оккупации магазины были «национализированы» и отданы в аренду всем, кто захочет. Вдоль пешеходной дорожки возле магазина постоянно выстраивались в рядок бабушки, торгующие огородной петрушкой, вязаными носками и новорожденными котятами. До войны бабушек вежливо убирали на предназначенные для торговли места, но десять лет назад «стихийник» начал опять разрастаться и стал своего рода филиалом «Меркурия» и «Сокола». Сюда добавились торговцы фруктами и соленьями, мясом и сладостями…

И бить сюда ВСУ не было никакого смысла, уверены трезвомыслящие дончане. Одно дело – потратить дефицитные снаряды, чтобы разгромить крупные военные цели: электроподстанцию (читай – огневую точку боевиков) на том же ХБК или нефтяную базу в Макеевке. Стрелять в стариков никто не собирался.

- Когда мы отошли от шока, то первое, что поняли – мы не увидели воронок от снарядов. Но такое уже было. Везде пишут, что обстреляли 155-мм снарядами, но там бы дырки были в метр диаметром. Дырок не увидели. А когда очень оперативно пришли коммунальные службы, которые начали убирать место прилета, то сразу стало ясно – это сокрытие следов. Ведь сами россияне сказали, что это типа теракт, открыто уголовное дело… А разве можно трогать место преступления, если там еще не побывали следователи, эксперты-криминалисты? – задается вопросом еще один житель микрорайона Андрей Смолин (имя изменено). – У меня много соседей торгуют на рынках. Они рассказали, что было ощущение, что все-таки стреляли из минометов, а это калибр 82 мм и дальность стрельбы - от 3 до 6 км. Если бы это было 155 мм, там бы и «засядьковский» магазин снесло.

Дончанка Евгения говорит, что под удар попал и магазин бытовой техники «Фокс» (бывший «Фокстрот»), возле которого по выходным дням собирались десятки людей, чтобы поймать мобильную связь украинского оператора.

- На пятачке возле «Фокса» постоянно стояли люди с телефонами. Кто-то созванивался с родными, кто-то получал СМС из банка. Туда добивала связь из Марьинки или Курахово, но в последнее время с этим было плохо, видимо, в Марьинке разрушили или повредили вышку сотовой связи, - говорит Евгения.

Также дончане не понимают, почему на фоне запрета на фото и видео последствий прилетов (под страхом уголовной ответственности!) все вышеуказанное появилось в соцсетях через несколько минут после инцидента, а потом тщательно освещалось «военкорами» и российскими журналистами. Снимать на телефон происходящее обычному человеку – значит, попасть в тюрьму, но в прошлое воскресенье снимали все кому не лень.

- Все это наводит на мысли о провокации. Вот россияне говорят, что стреляли «со стороны Курахово». Но в стороне Курахово находятся и российские солдаты. Которым ничего не стоит обстрелять рынок и людей и сказать, что это не они. Потому что слишком много недовольных в Донецке, особенно на Текстильщике, - говорит дончанка.

В спальном районе остались жить в большинстве пенсионеры. Фото: REUTERS

В спальном районе остались жить в большинстве пенсионеры. Фото: REUTERS

Прерванная жизнь

С чего бы жителям микрорайона быть довольными, если их жизнь давно уже превратилась в адское существование?

Микрорайон сильнее многих других районов Донецка страдает от безводья. Вода в краны приходит единицам людей, живущих на первых этажах. Те, кто обитает в 9-, 10- и 14-этажках, довольствуются набором воды из водопроводной трубы в подвалах. Технической воды. Питьевую дончане давно уже покупают по 3,5-4 рубля за литр (1,3-1,7 грн), и та, по отзывам, далека от понятий «чистая» и «питьевая».

Эту воду, разлитую в 5-6-литровые бутылки, необходимо поднять на лифте на свой этаж. А лифты на Текстильщике отключают с удручающей регулярностью не на дни – на недели. Как выживают старики и инвалиды – знают только их милосердные соседи.

Ремонты домов, ветшающих и протекающих с каждым годом все сильнее? Помилуйте, такого нет во всем городе! Трамвайное сообщение с центром города? Ненужное излишество. Приехать из центра Донецка на Текстильщик после 19.00? Общественного транспорта нет, берите такси за тысячу-другую рублей. Отопления нет? Платежки с четырехзначными цифрами все равно придут, и попробуйте только не оплатить.

«Россия в миниатюре», - горько шутят на Текстильщике, вспоминая, какой рывок микрорайон чуть было не сделал накануне войны-2014. Несколько новостроев замерли на стадии коробок, а новые супермаркет – на стадии фундамента. Запланированный ремонт дорог вдоль основных улиц микрорайона отложился на десять лет, а то и больше. Мост на Петровку (соседний микрорайон) автомобилисты стараются проскочить как можно быстрее, он не видел ремонта очень давно, при этом по нему катается тяжелая техника. Так же побиты дороги в центр, которые летом латались-латались – и все без толку.

Текстильщику не повезло многократно, но он продолжает демонстрировать удивительную цепкость: оттуда уехали далеко не все, и оставшиеся вовсе не в восторге от своего нового статуса «граждан РФ». Вполне возможно, эта непокорность и стала поводом для показательного обстрела жителей микрорайона. К сожалению, явно не последнего…